Пески Времени

Объявление

ADMIN TEEM




Лучшая цитата


текст
ACTIVE




BEST POST


от ник в эпизоде
текст
WELCOME


Приветствуем Вас на псевдоисторической литературной игре в антураже прекрасного Востока! Нас не так много, но жители мира полны идей и планов. Активно нуждаемся в игроках.


FRIENDS


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Зефир, помощь ролевым White PR photoshop: Renaissance


NEWS



02.07.2018 Спишем нашу немногочисленность на лето. Играем неспешно, но стабильно, за сюжетными ветками приходим к администрации.
10.04.2018 Мелкие детали в процессе доработки, но пусть это не мешает интересующимся бронировать роли и начинать игру. Ждем всех, кто вдохновлен антуражем востока
24.03. Врата в Империю вот вот будут открыты для жителей и путешественников. Не стоит бояться творческого беспорядка, царящего на форуме. Акции находятся в стадии оформления, все будет в самое ближайшее время. Пока же по всем интересующим вопросам можно обращаться в гостевую.


IN GAME
Текущая дата: апрель 1600


По акционным персонажам лучше консультироваться у администрации, у большинства есть ряд особенностей, который не прописывался в открытом доступе. Напишем новую историю вместе!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Пески Времени » Настоящее » Все дороги ведут… к новой встрече


Все дороги ведут… к новой встрече

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

http://s018.radikal.ru/i512/1701/57/c6a03a1c9817.jpg
Все дороги ведут… к новой встрече
25 марта 1600 года/дворец Топкапы
Фархат бей, Салихе Султан

+1

2

Сколько дней прошло с тех пор, как Фархат Бей встретил на счастье (или на беду?) дочь Повелителя Салихе Султан? День или неделя? То кажется, что было это не далее как вчера, то чудится, что сотня солнц и лун уже сменили друг друга. Глядишь с балкона - все те же Босфор, Золотой Рог и Мраморное море играют беззаботно волнами. Прилив - и к сердцу Фархата подступает сладостная нежность, память рисует лик той, что поселилась в нем на вечные лета. Отлив - и сердце бея сжимается от тоски по ней. Лишь только займется закат, освобождая Фархата от дел по долгу службы, он спешит в свой особенный, скрытый от любых посторонних глаз, мирок, уместившийся в душе одинокого воина. Отец давно недвусмысленно намекает, что пора-де подыскать невесту и обзавестись семьей. На что Фархат всегда отвечал высокомерной усмешкой, искренне считая себя преданным одной лишь государственной службе. А теперь эта самая служба уже не выглядит столько привлекательной. Словно ему сосватали девушку, чье лицо скрыто чадрой, описав ее краше любой из султанш и европейских принцесс, но стоило флеру слететь с ее лица и коснуться земли, как обнаружилась серая посредственность, неразличимая в толпе себе подобных. Фархат Бей остро переживал внезапные чувства, совершенно не зная, как приручить этого дикого зверя, запертого внутри, что в клетке, и рьяно требующего свободы. Он пытался подступиться к нему с помощью здравого смысла, но он оказался бесполезным и даже вредным для столь тонкой материи как душа человека, стоящего на пороге влюбленности. Рассудок твердил оставаться холодным и неприкосновенным, но перо само летело в руку и начинало выводить на бумаге строги, которые прежде никогда бы не пришли на ум Фархату.

Подобен солнца свету взгляд хрустальный глаз,
Нежнее лебедя крыла фарфоровая кожа длани.
И голос чистый что алмаз,
И тонкий стан стройнее грациозной лани.

Оказывается, поэтом может стать только влюбленный, и каждый влюбленный обязательно становится поэтом. Правда, свои яркие, но немногочисленные поэтические послания Фархат Бей бережно хранил в шкатулке под замком - слишком личными, почти сакральными казались они ему. Вдохновляли и вместе с тем пугали - разве возможно такое, чтобы одна короткая встреча врезалась столь глубоко в сердце? Не помешался ли он? Если так, то нет ничего лучше на свете, чем помешательство ума, коль оно позволяет полюбить красавицу-султаншу!
Новый день - который по счету? - начался с переезда во дворец, в отдельные покои близ покоев шехзаде Мустафы. Отныне от неотлучно будет подле своего молодого господина и... госпожи. Как отрадно и печально! Она, должно быть, навещает своего брата часто, а значит будет ступать мимо дверей, за которыми томится он, Фархат... Когда вещи в сундуках с деревянными рельефами были доставлены в новые комнаты, бей отпустил калфу и агу, пожелав, чтобы его оставили в одиночестве. Эта угодливая суетливость набила оскомину - пусть лучше все сделают в его отсутствие. Но сейчас было решительно нечем заняться, по крайней мере до второй половины дня, когда Повелитель призовет его, чтобы представить шехзаде. Фархат Бей расположился было на софе, обитой пестрой парчой, как вдруг...

0

3

- А ещё, - Тахира замолчала, таинственно улыбаясь, чтобы подчеркнуть важность своей новости и, дождавшись, пока остальные девушки заёрзают на месте от нетерпения, выпалила, округлив глаза:
- Он неженат!
Девичий цветник разразился вздохами, мечтательно заблестели глаза, а в хорошеньких головках уже начали рождаться хитроумные планы, так что предмету их грёз можно было только посочувствовать. Тахира хотела ещё что-то добавить, но, обернувшись на лёгкие шаги, сопровождаемые шелестом одежд, склонилась в поклоне вслед за подругами, приветствуя госпожу.
Лёгкая полуулыбка в ответ, повелительный жест - и разноцветная стайка служанок, задорно щебеча, выпорхнула из покоев: даже если они сейчас не нужны дочери Повелителя, Джемиле-калфа не допустит праздности, каждой найдётся дело. Бингюль чуть задержалась на пороге, на всякий случай, но не получив никакого знака, вышла, осторожно закрыв за собой дверь.
Оставшись одна, Салихе Султан сделала было шаг к окну, но вдруг опустилась на тахту, пряча лицо в ладонях. Она не требовала постоянного почтительного молчания в своих покоях и была совсем не против, если её «цветочки» разговаривали между собой о жизни гарема и дворца, всегда узнавая из их болтовни много интересного и полезного. Вот только сегодня… главной новостью был начальник охраны шехзаде Мустафы.
Салихе могла бы побиться об заклад, что каждый из её «цветочков», хоть раз да промелькнёт или попытается промелькнуть перед покоями её родного брата. Молодой, красивый и свободный бей – завидная добыча для любой обитательницы Топкапы. Сейчас Салихе как никогда понимала мать – стоило только представить, что Фархат может найти себе женщину среди дворцовых девушек, может даже её собственных, и сердце султанши сжималось от ревности. Предложи ей Аллах или Иблис поменяться местами с любой из служанок или рабынь, чтобы стать ближе к начальнику охраны брата – Салихе согласилась бы, не раздумывая ни минуты. Но тем и отличается обычная жизнь от сказки – в ней чудес не бывает и любимые поэмы ничем не могли помочь.
- Почему всё так?! – ощущая себя птицей в надёжно запертой золотой клетке, прошептала Салихе, ведь даже у птиц есть крылья и возможность вырваться из заточения, а у неё не было ничего. – Не хочу! – остро сверкнули перстни на сжавшихся до побелевших костяшек пальцах, девичий кулачок яростно ударил в завешенную ковром стену… и часть её отошла в сторону, открывая проход, из которого тянуло прохладой, пылью и старым камнем.
Салихе поднялась с тахты, удивлённо моргнула – ни о каких подземных ходах в своих покоях она знать не знала, - и подошла к проходу вплотную. Ей полагалось немедленно позвать охрану, чтобы воины проверили, куда ведёт ход и где он заканчивается, однако, слабый голосок здравого смысла напрочь заглушило любопытство и, подхватив подол платья, юная султанша шагнула в неведомое. Как только Салихе ступила на первую ступеньку, потайная дверь встала на место.
«Может вернуться назад? Ни за что!» - девушка осталась на месте, позволяя глазам привыкнуть к темноте, однако, в подземелье царил серый полумрак, рассеиваемый лучиками света, пробивающимися сквозь каменную кладку, - видимо, так задумал зодчий. – «Это же настоящее приключение!»
Салихе коснулась ладонью стены – шероховатый камень оказался, вопреки её ожиданиям, лишь чуточку прохладным – и придерживаясь, аккуратно миновала ступеньки. От третьей из них уходила небольшая, старательно выглаженная, тропка.
Чуть помедлив, - мало ли что там дальше может быть? – Салихе прошла несколько шагов: увы, ни спрятанных сокровищ, ни скелетов несчастных беглецов султанше не попадалось, лишь вилась под ногами дорожка, уводя девушку всё дальше.
- Ай! - едва не ткнувшись носом в перегородившую проход стену, султанша искренне расстроилась. – И что теперь – идти назад? Так неинтересно! – вспомнив, с чего началось её приключение, Салихе легонько, чтобы не отбить пальцы о камень, стукнула по препятствию и, подпихнутая повернувшимся вокруг своей оси куском стены, «рыбкой» полетела на ковёр.

+1

4

Как вдруг за стеной послышались шорохи, а затем и вовсе почудилось, что один из прямоугольных камней выступил немного вперед с характерным скрежетом. Фархат Бей, настороженно сдвинув брови, рывком поднялся с тахты и в несколько шагов пересек комнату. Часть стены подалась немного назад и начала вращаться, обнаруживая свою противоположную сторону и выталкивая в покои... девушку! Фархат среагировал мгновенно, подхватив неожиданную гостью за талию, чтобы не позволить ей упасть. Спустя мгновение, он осознал, какая птичка неосторожно залетела в его домик - не иначе как малиновка из райского сада - красавица Салихе Султан! "Должно быть, это жестокий, но сладостный мираж" - подумалось бею, который боялся лишний раз моргнуть - вдруг видение растворится, как дым, в его руках. Однако он явственно ощущал ее ладонями, и тепло пальчиков, невольно ухватившихся за спасительные предплечья мужчины, проникало сквозь шелковые рукава его кафтана как будто в самую кровь.
- Салихе... - прошептали его губы, не сразу добавив почтительное обращение, - Султан.
Фархат непозволительно долго держал султаншу в своих руках, когда, наконец, здравый смысл возобладал над затаенными желаниями. Он помог султанше подняться и, убедившись, что она твердо стоит на ногах, шагнул назад и склонил голову в учтивом поклоне. Бей недоумевал, каким образом девушка обнаружила скрытый проход, но по ее виду было ясно, что она удивлена не меньше.
- Простите, госпожа, я не ожидал вашего визита, - сквозь улыбку проговорил Фархат Бей, искренне надеясь, что султанша не сочтет ее за дерзкую насмешку. Меньше всего на свете ему хотелось снискать ее немилость. Просто положение обозначилось весьма забавное: посреди бела дня в покоях начальника охраны шехзаде Мустафы из стены вдруг появляется его августейшая сестра! Хорошо еще, что бей оказался поблизости - иначе падение на твердый каменный пол, пусть и покрытый пестрым персидским ковром в арабесках, было бы неизбежным. Хвала Всевышнему, Салихе Султан цела и невредима, и Фархат чувствует подступающую к сердцу теплоту.
- Султанша, позвольте спросить, как вы... оказались в потайной галерее? Считаю своим долгом предостеречь вас - посещение подобных мест в одиночку может быть чрезвычайно опасным. К счастью, с Вами не случилось худого, за что я лично воздам молитву Всевышнему.
Бей был осведомлен, что Топкапы, спроектированный знаменитым зодчим Синаном под мудрым руководством Мехмеда Фатиха, испещрен сетью тайных ходов. Неудивительно, что один из выходов в подземелье находится в покоях, в которых удостоился чести поселиться молодой бей: они соседствуют с комнатами шехзаде, и в случае опасности нетрудно укрыть султанш и детей. Правда, до настоящего момента Фархат не задумывался ни о каких проходах, а теперь у него и Салихе Султан обнаружилась маленькая общая тайна. Может быть, сама судьба толкает их друг к другу?

+1

5

- Фархат… – девушка едва успела инстинктивно протянуть вперёд руки, чтобы смягчить падение, а после так же инстинктивно уцепиться за внезапно возникшую перед ней опору. И теперь смотрела на предмет уже своих собственных, а вовсе не кошачьих грёз – да, султаншам тоже снятся сны! – заливаясь румянцем, но не отводя взгляда, упрямо вбирая и впитывая в сердце и душу каждую чёрточку его лица. И совершенно не возражая против того, что мужчина держит её за талию и не торопится разжать объятия. Напротив, Салихе с пронзительной, словно вспышка молнии, озарившая предгрозовое, уже набрякшее тучами, небо, ясностью поняла, что не желает для себя иной судьбы, кроме как стать его женой и матерью его детей. «Вот только кто же мне это позволит? Ведь бей не паша, а значит… значит…»
Но, ощутив, что Фархат отпустил её, Салихе сумела взять себя в руки и ответила улыбкой на улыбку:
- Я не думала, что попаду к вам, может, в какую-нибудь кладовку, - призналась султанша, чувствуя как тёплая волна: «Он обо мне беспокоится!» подступает к сердцу, – в хозяйственном помещении проще спрятаться и легче выбраться. А в галерею попала, наверное, волей Аллаха, ничем другим я это объяснить не могу. Просто стукнула по стене, вернее, по ковру и рядом открылся проход, - сообразив, как по-детски это звучит, девушка прикусила губу: «Аллах милостивый и милосердный, Фархат, наверное, думает, что я – глупый ребёнок, который полез куда не надо!» И тут же совершенно по-женски, нежно и маняще, полыхнула сапфирово-синим, лучащимся искрами, взглядом из-под оправы тёмных ресниц:
- Я не могу вернуться к себе через дверь. Ты проводишь меня обратно? Пожалуйста.

+1

6

Странное чувство закралось в душу бея, когда он услышал свое имя, что выдохнули вишневые уста султанши. "Кто я такой, чтобы сама дочь Повелителя помнила имя обыкновенного слуги Династии?" Ему думалось, что девушка, в одночасье покорившая объятое невидимой броней сердце молодого воина, давно позабыла о нем, бее, недостойном и помыслить о том, чтобы она позволила ему ненарочную вольность - прикоснуться к ней. Однако он уже дважды нарушил это священное правило, а султанша ни строгим словом, ни суровым взглядом не наказала его. Может быть, она еще слишком молода, чтобы аристократические привычки преобладали в ней над душевной искренностью, которая просвечивалась в каждом ее движении. Может быть, она еще слишком добродушна, чтобы живая чувствительность ее настроения сменилась бесстрастной благосклонностью. А может быть, Фархат, не в силах сопротивляться внезапному душевному влечению, желал быть сколько-нибудь для нее значимым. Сама же Салихе Султан олицетворяла для него больше, чем жизнь, глубже, чем смерть, и выше, чем благоуханные сады рая.
- Я рад, что вы встретили меня, а не ворох простыней, - тихо проговорил Фархат Бей, чувствуя, что вот-вот пересечет границу между откровенным и сокровенным. - Словно самая яркая звезда сорвалась с небосвода и случайно упала в мою ладонь.
Султанша простодушно объяснила, как оказалась там, где ей совсем не положено бывать без нужды и в одиночестве, и Фархат не мог не согласиться, что это не иначе как провидение. Вот только зачем ей понадобилось стучать по ковру? Эти нежные пальчики в сияющих колечках следует оберегать от соприкосновения со всякой грубой поверхностью. Он бы накрыл их своими ладонями и целовал, целовал, целовал...
- Вас кто-то огорчил? - внезапно спросил бей, словно кто-то шепнул ему догадку. Сердце его сжалось, когда он вообразил, что его (его!) султаншу мог кто-то обидеть.
В следующую минуту она обратилась к нему с невинной просьбой, в которой Фархат не мог - и не хотел - ей отказать. И вовсе не из страха навлечь на себя ее гнев. Если бы вместо того, о чем она просила сейчас, султанша велела броситься вниз с Башни справедливости, он бы не раздумывая расстался с жизнью и еще счел бы это высшим благом. Кроме того, она сказала ему ты - признак доверия? Или указание на его место, непреодолимую дистанцию между Династией и ее подданным?
- Разумеется, султанша, - чеканно ответил Фархат Бей и подошел вплотную к стене, что ранее явила свой секрет. Он провел рукой по нескольким квадрам, отыскивая тот, что запускает скрытый механизм. Один из камней среагировал на нажатие, и в стене появилась щель. Она расширялась по мере того как часть каменной кладки вращалась, впуская в комнату характерную прохладу подземелья и запах сырости. Бей обернулся к султанше и протянул ей руку.
- Простите, госпожа, мне кажется, будет удобнее, если вы возьмете меня за руку,- кротко проговорил он, вопреки всяким приличиям глядя прямо в васильково-кристальные глаза Салихе Султан.

Отредактировано Фархат Бей (2018-04-22 21:31:35)

+1

7

- Я тоже рада… - тихонько призналась Салихе, надеясь, что у Фархата не будет неприятностей из-за её неожиданного появления. Правда, для этого ей следовало немедленно покинуть его комнаты, хотя как раз это султанше делать совершенно не хотелось, но ещё больше ей не хотелось, чтобы на голову ни в чём не повинного человека обрушился гнев Повелителя. – И, нет, меня никто не обидел, это были просто мысли, - пояснила Салихе. Не признаваться же в том, что ей вздумалось ревновать, не имея абсолютно никакого права.
«Кажется, я сделала что-то не так», - девушка вздохнула про себя. Обратившись на «ты», она надеялась, что Фархат поймёт это как знак доверия, но вышло наоборот – он снова вспомнил про то, что она султанша, а он – бей. И теперь Салихе была в полной растерянности, не зная как и о чём с ним говорить, чтобы не сделать ещё хуже.
Конечно, «цветочки» по первой же просьбе с удовольствием рассказали бы госпоже о тайнах общения с мужчиной, который не является братом или отцом, но это было слишком рискованно – кто знает, чьи они глаза и уши на самом деле? - и поэтому сейчас, девушка лишь молча наблюдала, как Фархат разыскивает скрытый механизм, открывающий подземный ход. Серьёзным и сосредоточенным, бей нравился ей ничуть не меньше, чем улыбающимся, и Салихе жалела, что не умеет рисовать – иначе, обязательно написала бы его портрет.
Наконец, секрет был разгадан и перед молодыми людьми снова открылся потайной ход, из которого, к счастью, никто не появился. «Если бы Акса знала, куда я попаду, то непременно увязалась бы следом!», - едва заметно улыбнулась девушка. Фархат Бей произвёл на её любимицу неизгладимое впечатление: Акса уже дважды пыталась удрать на поиски понравившегося ей мужчины, но всякий раз перехватывалась на пороге – после нагоняя, полученного от Джемиле-калфы, служанки стали бдительно следить за кошечкой. 
«Взять за руку?!» - сердце Салихе забилось часто, как у пойманной птички, девушка отчётливо вспомнила то мимолётное прикосновение, когда Фархат передал ей Аксу и доверчиво протянула мужчине ладонь, но в последний момент поддалась искушению и, подойдя почти вплотную, поправила прядь волос, перечеркнувшую лоб молодого бея.

+1

8

- Я хочу сказать, султанша, что вы всегда можете на меня положиться. Хоть я и отвечаю головой за вашего брата, я не прощу себе, если кто-то осмелится причинить вред вам, - бей сказал определенно лишнее, вмиг показавшееся неизбежно необходимым. Должно быть, он берет на себя непозволительно много, выражая готовность в случае необходимости встать на защиту не только своего непосредственного подопечного, но и его сестры. Однако не как начальник охраны и преданный Османам бей, а как мужчина, охотно расставшийся с покоем в мыслях и сердце, которые отныне принадлежат лишь одной женщине. И что с того, что она социально недосягаема для него? Разве существует в природе сила, способная властвовать над душой человека? Ничто не способно запретить ему быть с ней в воздушных замках заветного желания и пленительной мечты.
Едва ли Фархат думал в этот момент, что это случайное свидание выглядит крайне компрометирующим образом и может дорого ему обойтись. Он знал, что следует за неформальное общение с султаншей, и не искал - вопреки велению сердца - встреч с ней, однако они сами находили его. Следует ли отказываться от плодов дерева, что произрастает само собой? В Европе лицедеи деревянных подмостков театров угощают зрителей философской истиной:
"Любовь, как тень, бежит тех, кто за ней летит,
и тех преследует, кто от нее бежит".


Такая участь настигла и Фархат Бея. Прежде он с насмешкой глядел в спину любви, а теперь она обратила на него самый свой взгляд и пронзила сердце. В тот самый миг, когда он встретил на своем пути Салихе Султан.
На поле боя Фархат Бей не пропустил ни одного внезапного вражеского удара, а сейчас не заметил, как султанша миновала те несколько коротких шагов, что разделяли его с ней. Вдруг и он совершил нечто немыслимое: ласково поймал ручку султанши, которой она только что коснулась его чела, и задержал в своей руке. Ладонь обожгло теплом женских пальчиков и холодом перстней. Хотелось следом оправдаться, произнести пресловутое "простите, госпожа", но это было бы оскорблением его искреннего порыва - пусть лучше султанша осудит его за это. Только по взгляду сияющих в полумраке сапфировых глаз бей понял, что она не намерена сердиться.
- Вероятно, калфы уже хватились вас, - с плохо скрываемым сожалением произнес Фархат Бей, - Проход открыт, нам следует поторопиться. Последняя фраза произнесена с едва уловимым оттенком вопроса в голосе - с отчаянной надеждой, что султанша, будь ее воля, предпочла бы остаться. Он сам мог вдруг понадобиться шехзаде или Повелителю - стоит ли говорить о том, чем может обернуться его отлучка? Но коль скоро судьба свела его сейчас с Салихе Султан, быть может, она позаботилась и о том, чтобы сохранить эту встречу в тайне.
"Почему все наши встречи обречены на скорое расставание?" - отозвался печалью внутренний голос и тут же ответил сам себе, - "Потому что она - султанша, дочь Повелителя, а ты бей, Фархат, всего лишь бей".

0

9

Собственная охрана у Салихе, как и у других султанш, была, но она сторожила лишь её покои и подчинялась непосредственно начальнику охраны Повелителя. Личного начальника охраны султаншам не полагалось, вполне возможно для того, чтобы не вводить в искушение ни представительниц Династии, ни воинов – почти никто из беев и пашей не отказался бы от высокой чести стать Дамастом. Но если бы это зависело от Салихе, то Фархат Бей стал бы зятем Династии хоть сию же минуту и прямо сейчас.
- Пока что, - улыбнулась девушка, не отнимая у мужчины своей руки и не отводя взгляда, - самый большой вред в моих покоях был причинён мышкой. Я лишилась половины всех своих духов, они совсем не подходят для того, чтобы бросать их в цель, - и сразу погрустнела. – Очень надеюсь, что меня ещё никто не хватился, если бы я могла, я бы осталась здесь, с тобой, навсегда, - с отчаянной решимостью, словно бросаясь в огонь, призналась Салихе.
Немыслимая, непредставимая дерзость для султанши – почти открыто говорить о своих чувствах мужчине, но Салихе знала, что её свобода утекает песком сквозь пальцы: матушка не теряет время даром и в любой момент, как только она примет решение и получит согласие отца, Топкапы и Стамбул взбудоражит известие о свадьбе старшей дочери Повелителя.           
«Лучше рискнуть, чем потом всю жизнь сожалеть о несбывшемся!» - Салихе напрочь забыла о подземном ходе и о том, что в покои Фархат Бея в любой момент могут зайти. В небесной синеве девичьих глаз светилась любовь и не понять этих чувств мог разве что слепой.

+1

10

"Я умру. С ней или без нее. Без Салихе Султан свет целого мира меркнет подобно истлевшей свече, превращаясь в куда более холодное и бесприютное место, чем самое темное царство смерти. С ней же я почти наверняка обречен на меч палача как дерзнувший покуситься на тщательно оберегаемую святыню - дочь падишаха... Сердце, какую смерть изберешь ты?"
Фархат Бей быстро посмотрел куда-то вдаль поверх макушки Салихе Султан. Она едва доставала ему до плеча, и безумно хотелось прижать к себе эту маленькую султаншу, укрыть он несчастий внешнего мира, окутать нежностью и любовью, никому не отдавать. Он бы непременно совершил все перечисленное тотчас, если бы они оба не были лишены важного свойства - свободы. Суровое, категоричное "нельзя" османского закона как никогда больно врезалось в запястья терновыми путами. Бей уже почувствовал бы себя обескровленным, не будь поблизости (и настолько близко!) его возлюбленной султанши Салихе.
- Луноликая... - только и произнес Фархат, не растрачивая драгоценные минуты на долгие слова. Он поднес ручку султанши к своим губам и нежно поцеловал ее бархатные пальчики. "О Всевышний! Если и возможен рай на земле, то глупцы те, кто ищет его на дне сундука или кубка с вином. Неправы и те, кто считает раем сады и изобилующие виноградники. Вот он рай - под ножками возлюбленной, на ее губах, в ее глазах".
Неожиданно для себя самого Фархат Бей прочел строчку из газели Хафиза Ширази, пришедшую ему на память:
- Что мне ночь, и небо, и созвездья,
Если нет тебя, моя луна?

Чувства совершенно затуманили разум и велели следом за сим взять вторую ручку султанши и утаить поцелуй в ее ладошке.
- Я желаю этого всем сердцем, хотя и не смею, - ответил Фархат, мысленно возвращаясь на грешную землю, - Я думаю о вас с первой встречи и не могу - и не хочу - запретить себе этого. Это так же как невозможно запретить человеку дышать. Но сейчас, прошу вас, уйдем. Я верну вас в ваши покои.
С каким трудом ему дались последние слова! С каким трудом он отпустил ее руку и отошел чуть в сторону, к началу потайной галереи, ожидая, что султанша последует его примеру, и он выполнит обещание. Одна греющая душу мысль неистово билась в его уме: "Она любит меня!".

+1

11

Если бы Салихе Султан могла, она остановила бы это мгновение: рука в руке, глаза в глаза и тонкая незримая нить, протянувшаяся между двух сердец, и связавшая их прочнее якорных канатов – отныне и навсегда. Окончательно эту связь скрепило признание Фархата и Салихе всем сердцем почувствовала, что и на грешной земле можно попасть в рай. Но ненадолго, всего на миг.
- Конечно, - едва слышно вздохнула девушка, когда Фархат выпустил её руки и отошёл в сторону: «Теперь нам нужно быть вдвойне осторожными, он рискует гораздо больше, чем я!»
Салихе послушно проскользнула в тёмный проход, оставив после себя лишь едва уловимое напоминание - тонкий запах цветущей, согретой солнцем, сирени, в знак недавнего присутствия.
Как только дверь за спиной, чуть слышно шурша, встала на своё место, султанша протянула руку, губы девушки тронула горькая улыбка, сделавшая Салихе старше на несколько лет:
- Здесь можно, никто не увидит, -  её слова отдавали такой же горечью степной полыни. И только дождавшись прикосновения, Салихе Султан шагнула вперёд.  Недавние следы девушки отчётливо отпечатались в слое пыли, а рассеянный свет, проникавший в подземелье по узким световодам – хитроумной выдумке мастера – стал немного ярче, позволяя без труда находить дорогу в мягкой серой полумгле.
«Наверное, до нас по этим камням никто не ходил очень много лет, а может и столетий», - от этой мысли Салихе вздрогнула и невольно прижалась к Фархату – тропка была хоть и неширокой, но могла пропустить двух человек, идущих рядом.
- Может быть, это знак? – осторожно предположила Салихе. – Кажется, об этом ходе больше никто не знает, тогда… - но спохватилась и умолкла. Решать должен Фархат – каким бы ни было его решение, она это примет, ведь тайные встречи с султаншей - верная смерть для того, кто отважится на такое безумие. - Ой! – Салихе остановилась – угол каменной плитки не нашёл лучшего времени, чтобы рассыпаться под расшитой туфелькой султанши и обломок больно ужалил девушку сквозь тонкую подошву.

+1

12

Когда султанша шагнула в проход, Фархат Бей толкнул часть стены, исполняющую роль замаскированной двери, мотивируя ее сравняться с остальной стеной. Он остановился позади Салихе Султан, на несколько мгновений закрыв глаза, и ощущая присутствие султанши лишь слухом и обонянием. Если бы Всевышний обделил его зрением, это не помешало бы ему полюбить ее - девушку с цветочным ароматом и серебряным голосом. На миг показалось, что все это не более как сон, обман воображения - даже стало страшно открывать глаза, он не переживет такого разочарования. Но султанша не растворилась в небытие, вот она, совершенно явно стоит перед ним и тянет ручку. Фархат улыбнулся и не замедлил ответить на безмолвную просьбу. Пальчики султанши крепко переплелись с его пальцами. 
- Тогда мы сможем видеться, не опасаясь разоблачения, - завершил начатую султаншей мысль Фархат и следом усмехнулся сам себе - нет, в этом дворце нельзя всецело доверять даже неизвестным никому другому подвалам. Султанше не составило особого труда обнаружить этот ход, а это значит, что все тайное, как и заведено, рано или поздно становится явным. Всего-лишь вопрос времени. С другой стороны, у него и Салихе есть крошечная надежда на то, что их тайна раскроется не иначе как поздно. "Пусть лучше я буду преступником в глазах Повелителя и Валиде-султан, чем предам чувства к Салихе Султан" - решил Фархат Бей, даже на войне не рисковавший так, как сейчас.
Дорожка из отпечатков атласных туфелек Салихе Султан освещалась лучами света, в которых мерцали парящие в воздухе пылинки. Бархатный полумрак обнимал идущих прозрачной шалью, словно покровительствуя той тайне, что отныне связывала их. Известно, что многие растения растут преимущественно в ночной темноте - так и янтарное зернышко любви, заронившееся  во время первой встречи Фархат Бея с Салихе Султан, теперь проросло и укоренилось в их душе. Одной на двоих.
Вдруг о каменные стены ударилось короткое эхо - султанша вскрикнула, и Фархат с тревогой посмотрел на нее.
- Султанша? - он опустил взгляд, заметив, что девушка приподняла ножку - должно быть, наступила на камень. Бей тут же подхватил султаншу на руки, чтобы сберечь ее нежные ступни от болезненных встреч с коварными осколками. Салихе Султан оказалась столь же легковесна, сколь и миниатюрна, точно райская птичка.

+1

13

- Для тебя – просто Салихе, Фархат, - откликнулась девушка, почувствовав, как земля исчезает из-под ног, но ничуть не испугалась, доверяясь своему избраннику безоглядно и навсегда. 
Салихе не раз носили на руках старшие братья и даже дядя, и отец, – но сейчас всё было совсем иначе, и ощущения ничуть не походили на прежние. «У Аксы хороший вкус!» - теперь султанша поняла свою питомицу. Будь она кошкой, наверняка, замурлыкала бы – на руках у Фархата было тепло и надёжно. 
Девушка прижалась к плечу мужчины и, улыбаясь, шепнула:
- Акса заслужила роскошный ужин, если бы не она, мы встретились бы гораздо позже и совсем не так, - улыбка вдруг исчезла с губ султанши, словно сорванная порывом холодного ветра: «Сколько у нас осталось времени – месяц, неделя или несколько дней?» Сердце Салихе сжалось от тревоги – не за себя, за любимого. Самое большее, что может грозить ей – несколько уединённых дней в покоях или пара недель в отдалённом дворце. А мужчина, дерзнувший лишь посмотреть не так как подобает, на представительницу Династии, тем более, на дочь Повелителя, обречён на смерть.
Салихе почувствовала влагу на ресницах и глаза заволокло туманной пеленой подступивших слёз: её руки словно сами собой взметнулись в отчаянном порыве, сплетаясь на шее Фархата: «Если бы можно было уйти по этому ходу куда-нибудь далеко-далеко, где нас никто не знает!» Увы, за следующим поворотом путь завершился – слишком быстро.     
- Мы пришли, - девушка взглянула на три ступеньки, ведущие в её покои. - Когда я наступила на верхнюю, ход закрылся – стена не повернулась вокруг своей оси, как было у тебя, а просто встала на место. Как она открывается отсюда, я не знаю. Придётся искать.

+1

14

Салихе. Это имя затаилось в дрожащих струнах скрипки, что сладко и вместе с тем горько ноет в груди, обжигая сердце. Это имя замерло на губах, оставив пылающий невидимый след. Это имя - смертный приговор для тела Фархат Бея и хор тысячи небесных ангелов для его души. Четыре буквы, которые он готов высечь на золоте, подобно тому, как навечно врезаются в стены мечети имена Всевышнего и его пророков. Сад - чистота. Белоснежный лик султанши подобен юной луне, освещенной солнцем, сияющей в ночи спасительным серебряным светом. Ее душа чиста, словно роса первого весеннего рассвета, сверкающая алмазной россыпью на молодых цветах и листьях. Алиф - новолуние. Самая безупречная из всех букв, вмещающая в себя сакральный смысл целого мира. Ее начертание - изящная прямая линия - суть стройный стан возлюбленной султанши. Она - самое совершенное творение Всевышнего. Лям - любовь и обоюдоострый меч. Любовь султанши сулит неземное счастье, но обрекает ходить по лезвию ножа. Ха - солнце и воздух. Жизнь перестает быть, когда земля не согревается солнцем, недостаток воздуха губителен для всего живого. Для Фархата Салихе Султан - сам солнечный свет и жизненно необходимый воздух.
Бей нес султаншу как самое драгоценное и хрупкое сокровище, держа ее крепко и вместе с тем нежно. Ее лицо сейчас находилось в опасной близости от его и казалось еще более прекрасным, если красоту султанши вообще можно сравнивать даже с самой собой.
- Да будет прославлен в веках Всевышний за тот день, что подарил мне встречу с вами! - произнес Фархат и улыбнулся, вспоминая, как познакомился с Салихе и ее пушистой питомицей Аксой, - Если бы не ваша любимица, я бы не знал, что оставил во дворце сам смысл жизни.
Когда бей почувствовал, как ручки султанши сомкнулись на его шее, он лишь сильнее прижал ее к себе. Змейка-дорожка, ведущая к покоям Салихе Султан, неизбежно приближала минуту расставания, и сердце яростно протестовало - лучше навсегда поселиться с ней в этом пыльном коридоре, чем быть по другую сторону анфилады пышных комнат и, что хуже, по другую сторону Дианстии. Фархат осторожно опустил султаншу на землю, когда она - к мучительному сожалению обоих - сообщила о конце их пути. Он оглядел серую стену, которая казалась замурованной намертво - ни один камень на певрый взгляд не отличался от своих соседей.
- Стена просто отошла в сторону? - уточнил Фархат только для того, чтобы не лишать последние минуты случайного свидания удовольствия слышать голос султанши, - Значит, должен быть какой-нибудь рычаг, вроде выдвижного камня или... Фархат Бей вдруг заметил в самом углу держатель для факела. Он хотел было проверить свою догадку, но остановился и повернулся к султанше. На ее ресницах дрожали слезинки. Одна из них, вобрав в себя всю боль и отчаяние Салихе Султан, сорвалась с ресниц и скатилась по ее щеке, нарисовав блестящую дорожку. Фархат мягким движением стер с личика султанши это напоминание о темной стороне любви.
- Весь этот мир дешевле слез твоих — живых жемчужин*. Прошу вас, не плачьте, - он грустно улыбнулся и тихо, чтобы даже ветер случайно не унес эту прекрасную и страшную правду, сказал то, что носил в своем сердце, - Я люблю вас.
Металлический подфакельник оказался ключом, открывающим проход в туннель...

Салихе - صالح
ص - Сад
ا - Алиф
ل - Лям
ح - Ха

* - Хафиз Ширази

+1


Вы здесь » Пески Времени » Настоящее » Все дороги ведут… к новой встрече


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC